Ваш позвоночник

Когда ко мне поступает новый пациент с острым приступом боли в спине, я провожу обследование, а затем рекомендую корректировку осанки или упражнения, снижающие боль. По­чти всегда пациент спрашивает: «Но разве вы сами ничего не собираетесь делать?» На что я ему отвечаю: «Ну, кое-что я делаю: я рекомендую вам отправиться домой и приниматься за упражнения».
Это самое лучшее назначение, которое я могу сделать в дан­ный момент, но оно не предусматривает приема пилюль, табле­ток, мануальной терапии, тепловых процедур или наложения исцеляющих рук. Вследствие этого, чтобы заставить эффект плацебо работать на меня, я обязан говорить исключительно убедительно и внушить пациенту, что мои предписания непре­менно помогут, а также обязан дать исключительно точные инструкции - для того, чтобы пациент ощутил, что принима­ются какие-то эффективные меры.

К факторам, работающим на хиропрактика, относится также рост популярности оздоровительных курортов и клиник, специали­зирующихся на болях в спине. Владельцы таких заведений обыч­но прекрасно умеют использовать преимущества того, что я назы­ваю «синдромом пилигрима». Этот синдром появляется в созна­нии людей, говорящих себе: «Неважно, сколько это стоит - мне нужно самое лучшее!» Наверное, вас не удивит то, что существу­ют врачи, с готовностью идущие навстречу подобным желаниям.
Типичная «клиника», как часто называют такое заведение пациенты, обычно расположена в труднодоступном месте, а то и за границей. Это понятно: раз вы отправляетесь на поиски волшебника, искать его нужно в Изумрудном городе, а не в Кливленде. Клиника обычно заставляет ждать очереди на при­ем, намекая на то, что ее клиенты - люди избранные и незау­рядные. Ее ведущие доктора, которые часто являются одновре­менно и администраторами, как правило, демонстрируют впе­чатляющие дипломы, которые, возможно, даже признаны медицинской общественностью. В то же время эти врачи ясно дают понять, что они по собственной воле, обладая какими-то необыкновенными способностями и умениями, держатся особ­няком от всего остального медицинского мира.

Литература, распространяемая такой клиникой, явно претен­дует быть соблазнительной и убедительной. В ней много эмо­ций и саморекламы, но мало подтверждающих фактов и меди­цинских деталей. Результаты всегда описываются не в строгих терминах, а в восторженных дифирамбах. К примеру, одно из калифорнийских заведений такого рода рекламирует себя в бук­лете журнального формата, который содержит, помимо всего прочего, и статью, описывающую, каким образом «горящие эн­тузиазмом» пациенты обретают «новое осознание радости бы­ тия, счастье жизни и самообновление». В статье даже объявля­ется о случаях излечения безнадежно больных, что поначалу показалось мне невозможным по определению. Но затем я взялся за вторую статью, в которой одна из «безнадежных», домо­хозяйка и мать с двадцатилетним стажем, разъясняла загадку: дело в «чудесах». Апофеозом ее саги было описание встречи с посетившими ее членами семьи - ситуация, которую любят обыгрывать в «мыльных операх»:
«Мне никогда не забыть тот день, когда я впервые прошлась без костыля. Мои родные неожиданно решили посетить меня перед ужином. Они быстро прошли мимо меня по коридору, собираясь отнести меня на руках из палаты в столовую. В этот момент я заметила их и окликнула. Они обернулись и в изум­лении застыли с приоткрытыми ртами, но по мере того как изумление превращалось в радость, мы все трое бросились в объятия друг друга, и слезы счастья заструились по нашим лицам. Мы знали, что можем позволить себе это: мамочка по­правилась!»

К разочарованию любопытного читателя, «мамочка» забыва­ет описать, что именно было с ее спиной и каким образом клиника помогла ей. Такие детали, по всей вероятности, считаются несущественными для читателя рекламной литературы клиники. А вот деньги - да. Буклет сообщает, как другая пациентка, пролежавшая до этого четыре года в постели с больной спиной, «успешно восстановилась» всего за 63 дня, уплатив за исцеление всего-навсего 38 тысяч долларов. Данная клиника получила не все эти деньги: часть их пошла на «первичные расходы», часть - на «родственные поселения» (что бы ни значили эти выражения), а остальные (процент не уточняется) были направлены на «развитие нашей программы».
Вовсе не считая эту сумму завышенной - и кто посмеет сказать, что она не получила за свои деньги то, что хотела? - администрация клиники приводит неопровержимые математичес­кие расчеты, доказывающие, что без их забот страховая компа­ния должна была бы выплатить 328 тысяч долларов «для того, чтобы поддержать предположительно пожизненную необходи­мость снабжать ее лекарствами, пищей, крышей над головой и одеждой». Таким образом, счет на 38 тысяч долларов, врученный этой женщине, означает, что страховая компания экономит приличную сумму в 290 тысяч долларов. И в самом деле, принимая по 60 пациентов в год и сберегая в среднем по 200 тысяч долла­ров с носа, клиника полагает, что экономит для пациентов или их страховых компаний 12 миллионов долларов в год.

Любой врач, а тем более тот, который занимается спиной, может встретиться с синдромом пилигрима. Такое случалось и со мной, хотя я пока не выпускаю бюллетеней с сообщениями, какие суммы моими тщаниями ежегодно экономит страховая индустрия. Наиболее запомнившимся пилигримом была женщи­на средних лет из Калифорнии, которая решила, что путеше­ствие в Торонто станет для нее спасением. Она была в такой плохой форме, что вызвала к приземлившемуся самолету сани­тарный транспорт. Я быстро понял, что на самом деле пробле­му представляли не ее относительно легкие боли типа 1. Весь ее образ жизни вращался вокруг спины, и та же спина подавляла ее мужа и руководила действиями всех членов ее семьи. Во все время ее пребывания в Торонто наша команда усиленно зани­малась с нею психотерапией, вырабатывала новые стереотипы мотивации, вооружала ее знаниями, проводила активную физи­отерапию и внимательно, с состраданием выслушивала ее.
Через три недели она встала на ноги и была готова отпра­виться домой. Когда она, счастливая, выходила из нашего отде­ления без трости, ей было трудно найти слова, чтобы выразить свою благодарность. Возможно, эта женщина пережила то же самое «новое осознание радости бытия» и «самообновление», которое рекламировала клиника, находящаяся в ее родном шта­те, но только вместо 38 тысяч долларов, уплаченных женщи­ной, которая «успешно восстановилась» в 63 дня, наша пациен­тка уложилась в 21 день, потратив менее 4 тысяч долларов, включая расходы на лечение, проживание и билеты на самолет.
Какова мораль этой истории? Покупатель, будь бдителен. Но кроме этого, следует помнить, что не стоит всецело полагаться на «альтернативную» медицину. Контролировать и облегчать свои боли вы способны самостоятельно.

Плацебо не обязательно должно подаваться в виде пилюлек. Можно достичь того же результата наложением рук. Любые методы, при которых имеют место прикосновения к телу паци­ента (например, при манипуляциях с позвоночником), обладают мощным эффектом плацебо.
Ряд современных исследований эффекта плацебо позволяет предположить, что феномен этот объясняется спонтанным выб­росом в организм эндорфинов, тех самых натуральных опиатов, которым приписывают эффективность акупунктуры. Если это так, эффект плацебо является способом перехитрить организм, сняв боли собственными химическими средствами этого орга­низма. Иными словами, те самые тридцать человек ни в коей мере не являются доверчивыми «жертвами плацебо»; напротив, им повезло в том, что их организмы способны бессознательно выделять соединения, уничтожающие боль. Отсюда возникает интересный вопрос: можно ли и остальных научить использова­нию тех же возможностей?
Во времена, когда жизнь была попроще, задолго до того, как узнали об эндорфинах, эффект плацебо использовался с большим коммерческим успехом. Одним из примеров является врач из Торонто, который в свое время сколотил хорошее состояние, заставляя своих пациентов, страдающих от артрита, слушать некую радиостанцию в определенные интервалы времени. Он убедил их, что в это время сам посылает беззвучные «целительные волны», излечивающие артрит. Пациенту нужно было всего лишь держать пораженный орган поближе к динамику и (доктору даже не нужно было говорить об этом) верить. Насколько мне известно, результаты не обрабатывались статистическими методами, но наверняка хотя бы некоторые из уверовавших в доктора ощутили облегчение.

Этим фактором время от времени пользуется почти всякий человек, занимающийся медициной, и трудно осуждать хироп­рактиков за его использование. Однако именно он частично объясняет их репутацию целителей. Плацебо, как вы, наверное, знаете, является безвредным «лекарством», не имеющим ника­ких лекарственных свойств. При приеме плацебо, благодаря ме­ханизму самовнушения, у некоторых людей ослабевают боли. Предположим, в вашем распоряжении есть сто человек с боля­ми в спине. Вы раздаете им по сахарной пилюле и заявляете, что это лекарство снимет боль. Статистика говорит, что, если вы были достаточно убедительны, около тридцати человек из этой группы почувствуют себя лучше. Разумеется, вы не сдела­ли ничего для устранения причин их болей, но на какое-то время они «вылечились».

Иногда для спины наступают плохие дни, а иногда - хоро­шие. Почти 90% людей, страдающих острыми болями, освобож­дается от них через 6-8 недель. Если бы вы были бессовест­ным человеком, вы могли бы заработать на этом кучу денег. Вы могли бы организовать что-то вроде клиники, предлагая всем страждущим облегчение путем облучения волшебным синим светом. Свет был бы, конечно, самый обычный, но ваши клиен­ты не знали бы об этом. Вы могли бы уговорить их платить по 100 долларов в день за восьмидневный курс ежедневных облу­чений, а для того, чтобы продемонстрировать свою идеальную репутацию, вы возвращали бы деньги тем, кому синий свет не помог. Если дать событиям идти естественным путем, девять из десяти ваших пациентов к концу восьмой недели почувствовали бы себя гораздо лучше, а один получил бы деньги назад и рас­сказывал бы направо и налево о вашей честности. Девять чело­век, само собой, рассказывали бы о вашей изумительной клинике и о чудесах, которые вы в ней творите.

Я могу объяснить этот феномен, описав переживания своего коллеги, который как-то проводил экскурсию по больнице для шести студентов-медиков. В приемном покое они подошли к женщине, поступившей с приступом острого аппендицита. Моему другу был известен ее диагноз, но из педагогических соображений он умолчал об этом и предложил студентам провести осмотр и высказать свое мнение.
Первый студент заявил, что пациентке нужно удалить желчный пузырь. Второй предположил заворот кишок. Третий решил, что это язва желудка. И так далее... Шестеро студентов поставили шесть разных и неверных диагнозов. Наконец мой коллега решил просветить их. «У этой женщины, - объявил он, - острый аппендицит. Причем настолько острый, что в течение часа она поступит на операционный стол».
В этот момент решила высказаться и пациентка. «Подождите-ка минутку! - обратилась она к врачу. - Вы здесь только один из семерых. Если вы не сможете договориться о том, что со мной происходит, никто никакой аппендицит мне вырезать не будет!»
Если у вас болит спина и вас осматривали, скажем, четыре врача, поставившие четыре разных - или выглядящих разными - диагноза, я не стану осуждать вас, если вы решите, будто все эти врачи играют в «угадайку» и мнение каждого из них ничуть не более ценно, чем мнение остальных. Если бы дела обстояли так, диагностика не требовала бы предварительного тщательного обучения и богатого клинического опыта. Тогда врачи могли бы диагностировать вас, проведя опрос общественного мнения прямо на улице. Но некоторым людям нравится верить в равноценность всех специалистов, как будто не суще­ствует различных степеней опыта и способностей. Опасно при­носить с собой такое убеждение в любой кабинет, будь то каби­нет врача либо хиропрактика.

Хиропрактик не совершает таких ошибок. Когда вы заходите в его кабинет, он радостно приветствует вас, проводит осмотр с апломбом эксперта и объявляет: «Неудивительно, что вы чув­ствуете боль. У вас смещение на уровне С5-6, и нужно сдви­нуть его на четыре миллиметра влево. Давайте-ка ложитесь на стол и посмотрим, нельзя ли это сделать прямо сейчас».
Самореклама полезна и в другом отношении: она расширяет круг пациентов. Нет абсолютно никаких доказательств того, что нормальные здоровые дети нуждаются в каких-то манипуляциях над их позвоночником, но именно это рекомендуют многие хиропрактики. Они утверждают, что процедуры должны начи­наться в первые недели жизни. Помните старую поговорку: «Дайте мне ребенка, и я сделаю из него человека»?
Причина, которую они выдвигают в качестве основания для процедур над младенцами, - это наличие неких «сублюкса-ций», неизбежных результатов родовой травмы, якобы имею­щей место и при нормальных родах. Словечко это из «докторс­кого» жаргона. «Суб» значит «под», т. е. «неполный», а «люкса-ция» - устаревший термин, который означает «вывих, изменение нормального положения сустава». Таким образом, «сублюксация» означает, что суставы позвоночника менее чем смещены, другими словами - все находятся на своем месте. Выявляя эти самые «сублюксации» у всех новорожденных, хи­ропрактики требуют, чтобы мы поверили в то, что в процессе миллионов лет эволюции природа выработала такой метод де­торождения, при котором у всех новорожденных повреждаются позвоночники. Более того, они утверждают, что «спинальную сублюксацию» невозможно выявить никакими существующими методами, однако они же называют его «молчаливым убийцей». Мощный рекламный трюк!
Многие хиропрактики высказываются против подобных приемов и предлагают коллегам ограничиться снятием острых поясничных болей механического характера. Со стороны их товарищей по профессии наблюдается удивительно сильная негативная реакция на такое предложение. Критики более жесткие, чем я, утверждают, что искусство некоторых хиропрактиков заключается в манипулировании другими людьми, а не их позвоночниками.